Минувшее 8 марта (и 23 февраля вместе с ним) обнаружили новые настроения среди родителей: ставшие, казалось бы, традиционными праздники окрестили “унылыми” и, что интереснее, “гендерными”.

Слово «гендер» по состоянию на начало 2018 года уже плотно обосновалось в нашем повседневном лексиконе — и, судя по тому, что оно звучит на родительских собраниях, тектонические сдвиги в отношении гендерно дифференцируемого восприятия уже начались.

Что всё это значит? Применима ли позиция гендерной нейтральности к школьному образованию? Стоит ли бить тревогу — или наоборот, есть чему порадоваться?

Разбираемся вместе с преподавателем Ассоциации репетиторов, психологом Анастасией Михайловной.

Ген… что?

Слово «гендер» используется сегодня отнюдь не для того, чтобы подчеркнуть наличие высшего образования у говорящего. Понятие гендера вошло в научный дискурс в 70-е годы: с его помощью стали обозначать социальную поведенческую модель, ассоциируемую с тем или иным полом.

«Долгое время было неочевидно, что пол человека и его психологическое восприятие себя могут быть неодинаковы, — объясняет Анастасия Михайловна. — Именно поэтому понятие гендера так важно: оно позволяет нам разделить психосоциальный конструкт и физиологию».

Дамы и господа

Но для чего нужно такое разделение? По нескольким причинам.

  1. Существующие гендерные конструкты задают очень специфическую поведенческую рамку, а вместе с ней проецируют на человека определённые ожидания.
  2. Существуют люди, чей пол в той или иной степени отличается от их гендерной идентичности.
  3. Разделение пола и гендера позволяет нейтрально взглянуть на устоявшиеся социальные практики и переосмыслить их.

Появление понятия гендера в научном дискурсе спровоцировало — и продолжает провоцировать ряд изменений. Кое-где это повлекло за собой удивительные последствия — так, например, в некоторых странах в паспорт вписывают не номинальный пол, а тот, с которым себя ассоциирует человек.

«Сложно сказать, где в этом смысле заканчивается «норма» и начинаются преувеличения, — комментирует Анастасия Михайловна. — Для абсолютного большинства подобная идея — что гендер человека необязательно тождественен его полу — кажется по меньшей мере неубедительной, а в худшем случае — враждебной. Достаточно почитать, что пишут на этот счёт на сайте «Родительского комитета». Однако с уверенностью можно сказать об одном: коль скоро эта тема поднимается, и в первую очередь самими родителями, значит проблема имеет место. А стало быть, нуждается в обсуждении».

Гендерные стереотипы и школа

Школа — безусловно, одно из тех мест, где гендерная рамка проявляется с наибольшей выразительностью. Школы с раздельным обучением мальчиков и девочек уже скорее стали исключением, но ярких примеров разделения по гендерному признаку всё равно хватает.

1. Во время изучения «Евгения Онегина» девочкам традиционно задают выучить письмо Татьяны, а мальчикам — письмо Онегина.

2. На уроках труда девочкам предлагают шить и готовить, мальчики же мастерят табуретки.

3. Уроки физкультуры часто проводят по принципу «команда мальчиков против команды девочек». В некоторых школах даже проводят два занятия в разных углах зала — для девочек и для мальчиков.

4. Про каноническое разделение на девочек-гуманитариев и мальчиков-технарей мы уже писали во всех подробностях (вот тут).

Дамы и господа

Можно ли говорить, что подобная практика — однозначное зло?

Анастасия Михайловна уверяет: всё не так однозначно.

«Очевидно, что такое положение вещей выросло не на пустом месте. И дело даже не в традиции гимназий для мальчиков и девочек. Дело в другом: наша физиология действительно многое определяет в раннем возрасте. Хороший преподаватель младших классов не только знает об этом, но и учитывает это при выстраивании занятий».

Как отличаются девочки и мальчики?

Девочки

  • чаще используют ближнее зрение;
  • с энтузиазмом воспринимают задания на повторение;
  • воспринимают информацию детализировано и мыслят конкретно;
  • быстрее понимают новый материал и анализируют новую информацию с помощью левого полушария;
  • лучше обучаются по принципу «от простого к сложному».

В то же время мальчики

  • чаще используют дальнее зрение;
  • гораздо лучше обучаются, когда им объясняют принцип и смысл задания, объяснения «от простого к сложному» им даются сложнее;
  • плохо переносят однообразие;
  • лучше выполняют задания при наличии яркого света;
  • анализируют новую информацию правым полушарие.

Именно с этими особенностями (а не с насаждением гендерных стереотипов) связаны и игры девочек и мальчиков в детском саду. Игры девочек опираются на ближнее зрение и проводятся на ограниченном пространстве, в то время как мальчики разыгрывают коллизии, требующие дальнего зрения (догонялки, бросание предметов) и занимают большое пространство, иногда осваивая его не только на плоскости, но и в высоту. Тот же принцип сказывается и в рисунках: мальчики «показывают» гораздо больше пространства (улиц, площадей,  etc.) вокруг рисуемого дома.

Дамы и господа

Сходства и различия

«Было бы глупо отрицать очевидное: отличия между девочками и мальчиками, безусловно, есть. Но адаптация школьных занятий по принципу «письма Онегина и письма Татьяны» — ничуть не меньшая глупость. Девочки тоже хотят играть в футбол, а количество мужчин среди шеф-поваров (их подавляющее большинство) вполне красноречиво даёт нам понять, что готовка на уроках труда напрасно считается уделом «будущих хозяек».

Источник подавляющего большинства гендерных стереотипов (как, впрочем, и многих других) — традиция: так было всегда. Но условное «всегда» также следует воспринимать критично. Социальные условия во многих странах сегодня изменились настолько, что радикальный пересмотр нашего отношения к гендерным моделям — скорее вынужденная необходимость, чем просто любопытный виток общественной дискуссии.

«Осознанное восприятие наших различий автоматически влечёт за собой изменения в образовании», — считает Анастасия Михайловна и подчёркивает: речь не только о школе, но и о системе образования в целом.

Осознанное восприятие, поясняет она, — это признание наличия различий в целом, но отказ ставить их во главу угла.

Мировая практика

В последние несколько лет так называемая гендерно нейтральная педагогика понемногу набирает обороты в разных странах. Критики такого подхода считают подобный подход избыточным и предполагают, что положительное влияние он оказывает разве что на тщеславие родителей. Однако, разумеется, всё не так однозначно.

«Существуют официальные исследования, показывающие влияние гендерных стереотипов на жизнь и здоровье детей, — говорит Анастасия Михайловна — и результаты этих исследований более чем красноречивы: из-за определённых установок, связанных с их полом, девочки, к примеру, в большей степени рискуют вступить в брак в юном возрасте, подвергнуться физическому и сексуальному насилию, а также получить ВИЧ. Мальчики по тому же принципу получают больший риск суицида или злоупотребления алкоголем и запрещёнными веществами. Если принять эти данные во внимание, словосочетание «гендерно нейтральный» перестаёт казаться такой уж нелепостью».

Дамы и господа

Пожалуй, самый яркий пример гендерно нейтральной педагогики — Швеция, известная среди прочего своим трепетным отношением к равноправию мужчин и  женщин. Пример детского сада, открытого предпринимательницей Лоттой Раджалин (Lotta Rajalin) если и кажется курьёзом, то во всяком случае курьёзом, требующим пристального внимания.

Особенность детского сада Раджалин — в подходе, которым пользуются воспитатели. Для того, чтобы увидеть свои установки в отношении к детям разного пола, воспитатели фиксировали своё общение с детьми на камеру, а потом оценивали свои реакции на девочек и мальчиков.

После этого небольшого эксперимента преподаватели обнаружили, что, к примеру, позволяли мальчикам хулиганить, в то время как девочкам это строго-настрого запрещали; кроме того, по-разному они реагировали и на слёзы детей: девочек стремились утешить, а мальчикам советовали поскорее забыть о его огорчении и переключиться на что-нибудь другое.

Сама Раджалин прокомментировала эти открытия так: «После того, как мы сделали эти видео и понаблюдали друг за другом, мы поняли, что менять нам следует не детей, а самих себя». «Когда вы меняете себя, свое мышление и свои ожидания, вы начинаете замечать новые вещи и видите, что это благотворно влияет на развитие детей», считает предприниматель.

Шведский пример — не единственный. К примеру, в 2016 году в ряде школ Великобритании была введена школьная форма без гендерных различий.

А в марте 2017 эстафету приняла Новая Зеландия: в одной из местных школ ученицы пожаловались на то, что их обязывают носить школьную форму, включающую юбку, после чего руководство школы приняло решение отменить обязательные юбки и платья. Теперь ученики школы вне зависимости от пола могут выбрать один из пяти вариантов одежды — шорты, килт, брюки, кюлоты или удлинённые шорты. Правда, по словам директора школы, килт пока не выбрал никто из учеников, но если выберет, «это будет прекрасно». Директор добавила, что ученики очень обрадовались нововведению, в то время как некоторых родителей оно смутило.

Дамы и господа

Реакция

Пожалуй, смущение — самое подходящее слово для описания чувства, которое возникает, когда мы сталкиваемся с неизвестным. Даже будучи открытыми для нового и думая о себе как о личностях неконформных, мы всё равно не можем справиться с естественной реакцией — инстинктивным недоверием. Новое пугает, в особенности такое новое, которое ставит под вопрос такие фундаментальные вопросы, как вопрос гендерной идентичности.

Дискуссия о пересмотре гендерных стереотипов на данный момент если и воспринимается как экзотика, то во всяком случае с каждым днём всё больше и больше входит в повседневность. Судить о последствиях этого разговора пока слишком рано, но уже самое время спросить себя о том, что именно нас в нём смущает — и найти ответ на этот вопрос.

Мудрая сова 30 марта